Как дать голос тому, кто привык молчать? Почему творчество — не развлечение, а способ выйти в общество? И почему восхищение сильнее жалости? Светлана Романова — член Общественного экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в Москве, президент благотворительного фонда «Ангел Надежды» — рассказывает о 24-летнем пути коллектива «Ангелы Надежды», победах, барьерах и вере в возможности каждого человека.
Светлана Валентиновна, с чего начался Ваш путь в благотворительности?
— Я являюсь руководителем компании по производству и продаже инженерной сантехники. Несколько лет назад меня пригласили на благотворительный концерт в Государственный Кремлевский дворец, где популярные артисты эстрады выступали на одной сцене с детьми с нарушением слуха. Именно там я впервые столкнулась с настоящей магией жестового пения. Дети настолько глубоко чувствовали музыку, передавая её через пластику рук и каждое движение! Их руки были выразительными и живыми, словно крылья, несущие в себе всю глубину и красоту песни. Сначала я даже не поняла, что у них нарушение слуха. Сразу после концерта я подошла познакомиться к художественному руководителю этого уникального коллектива «Ангелы Надежды» Елене Орловой. Так зародилась наша дружба, и так начался мой путь в благотворительности, направленный на поддержку творческого и образовательного развития детей с нарушениями слуха.
Часто говорят, что фонд «Ангел Надежды» вырос именно из этого творческого коллектива. Действительно ли это так?
— За простой фразой «вырос из коллектива» стоят 24 года нашей общей насыщенной жизни. Сначала это был скромный кружок жестового пения — группа энтузиастов, которые искренне хотели сделать песню видимой, осязаемой, красивой. Постепенно пришло ясное понимание: для ребят с нарушениями слуха и другими особенностями развития творчество — это не просто досуг или развлечение, а настоящий мост в большой, открытый мир. Когда особенный ребёнок впервые выходит на сцену и слышит искренние аплодисменты зала, в его сознании что-то меняется навсегда. Так родилась наша главная миссия: «От тишины к триумфу». Мы не хотели оставаться просто локальной студией. На пути таких ребят стоит слишком много барьеров — медицинских, социальных, психологических. И большинство из них успешно ломается именно тогда, когда рядом есть профессиональный подход, системная поддержка и безусловная вера в безграничные возможности ребёнка. Именно поэтому мы официально зарегистрировались как социально ориентированная некоммерческая организация (НКО). Теперь мы помогаем системно.
Как быстро Вы поняли, что масштаб проблемы выходит далеко за рамки одного коллектива?
— В России, по официальной статистике, насчитывается около миллиона людей с нарушениями слуха. По неофициальным оценкам экспертов — более двух миллионов. Когда я начала лично общаться с детьми и их родителями, я увидела глубокую системную проблему с коррекционным образованием. Сейчас в стране активно продвигается инклюзия, но зачастую она принимает спорные формы: специализированные детские сады и школы для глухих и людей с нарушением слуха закрывают, а новые практически не строят. Особенно остро это ощущается в регионах.
Раньше существовала выверенная советская система обучения: парты в классе располагались полукругом, чтобы дети с нарушением слуха могли считывать артикуляцию по губам друг друга, а сурдопедагог находился в центре с микрофоном. У детей были большие качественные наушники. Все друг друга прекрасно видели и слышали, благодаря чему активно развивалась устная речь. Ребёнок даже с первой-четвёртой степенью тугоухости мог свободно и внятно говорить голосом.
А что мы видим сейчас в обычных классах? Ребёнка просто сажают за первую парту в стандартном индивидуальном слуховом аппарате. Но он физически не может уловить всю информацию урока, ведь микрофон аппарата не рассчитан на полноценное восприятие голоса учителя на значительном расстоянии в зашумлённой аудитории. Результат — аграмматизм и сленговая захламлённость устной речи у детей. Именно поэтому мы совместно с ведущими педагогами, методистами и учёными активно работаем над сохранением и развитием качественных стандартов образования для глухих детей и детей с нарушением слуха.
«В России более двух миллионов людей с нарушениями слуха. Наша общая задача — дать каждому из них возможность быть услышанным обществом и получить качественное образование».
На сайте Вашего фонда есть очень ёмкая и вдохновляющая формулировка: «Даем голос таланту, который меняет мир». Как Вы раскрываете этот смысл?
— Для большинства людей слово «голос» ассоциируется исключительно со звуком, с возможностью говорить или петь связками. Для нас «голос» — это прежде всего способ заявить о себе, быть понятым и принятым обществом. Ребёнок, который не слышит или слышит мир лишь фрагментарно, с детства часто привыкает молчать. Ему тяжело вписаться в обычную школу, его боятся сверстники, а учителя порой проявляют излишнюю жалость. Наша ключевая задача — заменить эту разрушающую жалость на искреннее восхищение.
Когда ребёнок с нарушением слуха выходит на профессиональную сцену и исполняет жестовую песню, в зале происходит настоящее чудо. В этот момент полностью исчезает любое представление о каком-либо «недостатке» или инвалидности. Зрители видят перед собой не ребёнка, который «плохо слышит», а потрясающего, сильного артиста, чья душа поёт и танцует с невероятной отдачей. Это меняет абсолютно всё: и внутренний мир самого маленького человека, наполняя его заслуженной гордостью и уверенностью, и отношение окружающих, открывая людям новые горизонты эмпатии. Мы твёрдо верим: у каждого таланта должен быть свой голос. И если ребёнок не слышит звуков этого мира, пусть его выразительные руки расскажут его уникальную историю. А мир пусть наконец научится слушать сердцем и видеть душой.
Получается, что фонд проводит огромную работу не только с детьми, но и со всем обществом в целом?
— Да, вы совершенно правы! Наша работа охватывает общество в равной степени. Мы видим миссию нашего фонда в двух взаимосвязанных направлениях. С одной стороны, мы помогаем детям и молодёжи с нарушениями слуха поверить в свои силы и раскрыть таланты. С другой стороны, мы планомерно меняем общественное восприятие. Мы доказываем зрителям, партнёрам, государственным структурам, что люди с ограниченными возможностями здоровья — это не объекты для жалости, а полноценные, яркие личности, способные созидать, творить и достигать невероятных успехов наравне со всеми. Наши концерты и проекты — лучшее тому подтверждение.
Чем конкретно занимается фонд помимо репетиций и выступлений? Ведь Вы объединяете искусство, образование и реабилитацию.
— Мы выстроили эффективную систему, где каждое направление работает на долгосрочный жизненный результат ребёнка. Выделю три базовых вектора. Первый — это творческая реабилитация: наши постоянные студии жестового пения и хореографии. Занятия ведут профессиональные хореографы и педагоги, мы обучаем ребят не просто красиво двигаться, а сценическому искусству, контакту со зрителем и трансляции глубоких эмоций.
Второе направление — образовательное. Многие дети приходят к нам с задержкой речевого развития. Мы не отделяем учёбу от творчества: прямо на репетициях в игровой интерактивной форме мы развиваем у детей остаточный слух, ставим дикцию, тренируем голосовые связки за счёт пения голосом параллельно с жестами, учим чётко и логично формулировать свои мысли.
И третье — это социальное проектирование и лидерство. Ребята вместе с нашими опытными наставниками сами придумывают и организуют благотворительные акции, флешмобы. Переходя из статуса пассивных участников в статус авторов изменений, они получают неоценимый опыт командной работы, ответственности и лидерства. Это даёт колоссальный толчок росту их самооценки, ведь они видят, как их идеи воплощаются в реальные дела.
«Мы не врачи. Мы — надёжный мост между клиниками, медицинскими кабинетами и настоящей, полноценной, яркой жизнью».
То есть творческая реабилитация выступает важнейшим дополнением к медицинской?
— Безусловно. Медицинская реабилитация — это фундамент. Современный кохлеарный имплант или слуховой аппарат дают ребёнку физическую возможность улавливать звуковые колебания. Но что делать дальше? Как адаптироваться с этим прибором в социуме? Как заводить друзей, строить тёплые отношения, искать призвание и реализовывать себя? Вот здесь на сцену выходим мы. Сцена — великий учитель. Она учит смелости, преодолению страхов, открытости. Наши подопечные живут творчеством, дружат, влюбляются, общаются. Театр, музыка, мастерские — всё это становится мощнейшим инструментом формирования полноценной, уверенной в себе личности. В этом и заключается суть нашей социокультурной реабилитации.
Ваш фонд является стратегическим партнёром Национального центра «Абилимпикс». Расскажите об этой работе.
— Наша роль в движении «Абилимпикс» действительно уникальна — мы находимся в самом центре процессов. Я лично вхожу в рабочую группу Национального центра, где мы определяем стратегические векторы развития чемпионата. Наши ключевые сотрудники возглавляют компетенцию «Жестовое искусство» на всероссийском уровне и выступают в качестве главных экспертов. Это огромная ответственность — разрабатывать профессиональные стандарты и объективно оценивать мастерство участников со всей страны.
К нашим экспертам за консультациями регулярно обращаются представители самых разных регионов России — от Калининграда до Камчатки, и мы помогаем абсолютно каждому. Мы также невероятно гордимся тем, что наши юные артисты «Ангелы Надежды» уже более 10 лет традиционно выступают совместно со звёздами российской эстрады на торжественных церемониях открытия и закрытия Национального чемпионата «Абилимпикс».
У Вас также выстроено тесное сотрудничество с «Движением Первых». Какими достижениями здесь Вы гордитесь больше всего?
— Сотрудничество с Общероссийским движением детей и молодёжи «Движение Первых» стало нашей доброй традицией. Наши артисты постоянно выступают на главных знаковых площадках движения. Но важнее всего то, что мы растём профессионально как кузница кадров для инклюзивного образования страны. Например, художественного руководителя нашего коллектива «Ангелы Надежды» пригласили в качестве главного педагога по постановке жестов в знаменитый «Хор Первых», где занимаются ребята со всей России, включая участников с нарушениями слуха. Наш руководитель ставил жестовые партии для их масштабного выступления на Фестивале «Движения Первых» на ВДНХ. Это доказывает, что наши методики признаны на самом высоком государственном уровне.
Фонд проводит собственные крупные фестивали «Свет Надежды» и «Созвездие Добра». Как создавались эти проекты?
— Нашему благотворительному фестивалю детского творчества «Свет Надежды» в этом году исполняется уже 18 лет. Это уникальная инклюзивная площадка, за время существования которой более 200 известных артистов эстрады, театра и кино выступили в дуэтах с нашими подопечными и детьми с самыми разными нозологиями. Ближайшей осенью мы проведём сразу два таких масштабных фестиваля.
А четыре года назад мы запустили Инклюзивный фестиваль «Созвездие Добра» в Республике Дагестан. Его идея родилась из стремления объединить регионы, дать детям с нарушениями слуха возможность вживую познакомиться, обменяться творческим опытом, новыми жестами и подружиться. В этом году мы получили рекордное количество заявок — из более чем 40 регионов страны приедут около 350 детей! Мы планируем масштабировать этот формат и проводить подобные фестивали по всей России и в странах ближнего зарубежья.
Расскажите историю из жизни фонда, которая лучше всего иллюстрирует Вашу миссию.
— Очень яркий пример — история нашей юной артистки Виктории. Виктория живёт с кохлеарным имплантом. С самого детства она страстно мечтала поехать в знаменитый лагерь «Артек». Но не просто отдохнуть, а поехать в обычный отряд, к слышащим сверстникам. Для неё это был символ личного преодоления — она хотела доказать себе и всему миру, что её особенность слуха не является преградой для полноценной, активной жизни и лидерства. Она хотела показать: «Я такая же, как все, и могу даже больше».
Наш фонд помог Виктории осуществить эту мечту. Каждый день в «Артеке» становился для неё шагом к самопознанию и глубокому утверждению своей личности. Виктория увидела, что ребята в отряде воспринимают её как абсолютно равную, ценят за её человеческие качества, ум и доброту, совершенно не замечая аппарат. Этот опыт подарил ей колоссальную уверенность в своём будущем. Она доказала, что любые мечты, подкреплённые упорством и искренней поддержкой, сбываются, открывая двери в мир без границ.
У Вашего фонда есть также удивительный международный проект с художницей из Китая Вань Сюлин. Как он зародился?
— Замечательный мастер традиционной китайской живописи гохуа госпожа Вань Сюлин — давний и близкий друг нашего фонда. Техника гохуа уникальна: картины пишутся специальными минеральными красками и тушью на тончайшей рисовой бумаге или шёлке, что требует предельной деликатности, точности движений и концентрации. Мы решили провести смелый эксперимент: смогут ли наши дети, не имеющие художественного образования, освоить это древнее искусство?
Это был потрясающий опыт преодоления барьеров. Художница говорит исключительно на китайском языке, а наши дети общаются на жестовом языке и считывают устную речь по губам. Но им хватило красок, общей доброты, чуткости и бумаги, чтобы понять друг друга без единого слова! Дети начали создавать невероятные, глубокие картины.
Наша первая выставка «Послание» с большим успехом открылась в стенах Государственной Думы РФ, а затем в Министерстве просвещения РФ в рамках Перекрёстного года культуры России и Китая. Работы ребят стали настоящим мостом дружбы между нашими народами. Сейчас мы активно готовим следующую большую выставку в Совете Федерации, а также получили приглашение для наших детей посетить Китай с ответным творческим визитом для обмена опытом.
Весной фонд провёл крупную Всероссийскую конференцию «Жестовое искусство как дополнительное образование для детей с нарушениями слуха». Каковы её итоги?
— К нам приехали ведущие специалисты, преподаватели и сурдопедагоги из более чем 25 регионов России. Мы детально обсуждали методики, обменивались практическим опытом. Конференцию посетил экс-министр просвещения Абхазии Инал Габлия, который поделился острой проблемой практически полного отсутствия квалифицированных сурдопедагогов в их республике. Мы поняли, что назрела необходимость серьёзной систематизации накопленного опыта на международном уровне. Поэтому в августе мы планируем провести масштабную Международную конференцию в Абхазии. Это сложный, но необходимый шаг для налаживания профессионального диалога и создания единых стандартов инклюзивного образования.
Что сейчас является самым сложным в Вашей ежедневной работе?
— Финансовый вопрос, конечно, всегда актуален — это базовая реальность для любого благотворительного фонда. Но не менее сложным барьером является преодоление укоренившихся стереотипов. Порой нам приходится сталкиваться с непониманием ценности нашего социокультурного подхода. Некоторые чиновники или потенциальные дарители говорят: «Зачем вы тратите ресурсы на эти танцы и сцену? Купите им лучше просто слуховые аппараты». Мы терпеливо объясняем: слуховой аппарат — это лишь технический инструмент, но сам по себе он не даёт человеку смысла жизни, не учит дружить, общаться и верить в себя. Без социализации и творчества прибор остаётся безжизненным пластиком.
Второй барьер — это эмоциональное выгорание. Ежедневная работа с детьми с ОВЗ требует колоссальной душевной отдачи. И наши педагоги, и я сама порой очень устаём физически и морально. Но когда ты видишь, как неслышащий ребёнок спустя год упорных занятий впервые расправляет плечи на сцене и начинает уверенно петь губами песню под овации зала — это даёт мощнейший импульс, и вся усталость мгновенно уходит.
И третий барьер — это страхи родителей. Многие мамы и папы поначалу панически боятся отпускать своего особенного ребёнка на сцену. Они боятся осуждения, боятся, что над ним будут смеяться или показывать пальцем. Нам приходится проводить огромную психологическую работу, объясняя, что наш коллектив, наши репетиции и наш зрительный зал — это пространство абсолютной, безусловной любви, поддержки и принятия. И когда родители впервые приходят на наш концерт и видят, как зал стоя аплодирует их счастливому ребёнку, их мировоззрение меняется раз и навсегда.
Светлана Валентиновна, что бы Вы пожелали тем, кто только открывает для себя фонд «Ангел Надежды»?
— Я искренне пожелаю людям не бояться. Не бояться самого слова «инвалидность» или «ограниченные возможности». Не бояться сделать шаг навстречу, подойти и просто спросить: «Чем я могу вам помочь?». Не бояться искренне восхищаться детьми, которые не слышат звуков, но танцуют на сцене так проникновенно, как способен далеко не каждый слышащий человек. И важно запомнить одну простую истину: помогая особенным детям, мы не делаем им какое-то снисходительное одолжение. Мы вместе создаем здоровое, гармоничное общество, в котором безграничные возможности каждого человека — это естественная норма жизни. Этот мир начинается с вашего маленького шага. Приходите к нам, смотрите наши выступления, слушайте своим сердцем и будьте вместе с нами.
И традиционный финальный вопрос: о чём Вы больше всего мечтаете для Вашего фонда?
— У меня есть очень конкретная, большая мечта. Я хочу, чтобы у нашего фонда наконец появилось собственное, современное многофункциональное инклюзивное пространство. Место, где будет просторный светлый зал для репетиций и концертов, оборудованный по последнему слову техники, удобные кабинеты для занятий с сурдопедагогами и логопедами, и обязательно — уютная комната для родителей, где они смогут спокойно выпить чаю, пообщаться и получить профессиональную психологическую поддержку. Я мечтаю, чтобы этот тёплый дом стал настоящим центром притяжения для каждого, кто живёт в тишине, но всем сердцем рвётся к свету. Чтобы каждый ребёнок, переступая его порог, твёрдо знал: здесь из него сделают не «инвалида», а настоящую, яркую звезду. И мы уверенно идём к этой мечте шаг за шагом — уже 24 года.
Интервью дано Константину Галузину для журнала «Московский омбудсмен», выпуск № 2 (46), 2026
